aspasia_roma (aspasia_roma) wrote,
aspasia_roma
aspasia_roma

Categories:

Нет конца чудесам жизни

Ночью 4 мая сего года, в начале моего трехнедельного молчаливого ретрита на меня напала охота писать. И вот что вышло.

Веревочка вьется до поры...

 Ну и в ситуацию я попала в последние пару дней. Никак нельзя быа такое предположить. Кажется, уже привыкла, что со мной случаются самые невероятные вещи... Но все равно последнее событие  кажется чуднЫм.

Ладно уж! Слушайте! Последний раз Вы про мои личные дела писала, когда наши с Котом вещи перевозили в мой дом в Ахберге. Не знаю даже, писать ли про это зубодробильное событие. Говорят же, что переехать – все равно, что погореть. Пожалуй, оставлю описание этого события на другой случай. Мне так завидно людям, которые говорят, что им ни писать, ни говорить не о чем. Мол, жизнь скучная, серая, если не сказать хуже. У меня же, с точностью наоборот: каждый день, если его толком разбирать и описывать, займет рассказ. А то и повесть. Так что миную два дня нашего переезда и направляюсь прямо к главной теме этих дней: как я оказалась «на дне». Не в материальном смысле, нет. А в значении «зарыться». Вернее сказать, почему же мне приходится прятаться от немецкой полиции.

 

На самом деле вопрос не корректен, поскольку те,  кто знаемою ситуацию хорошо, понимают, что  это должно было случиться. Ведь я уже четыре года нелегально живу в Европе. Вернее, полунелегально. Опять неправильное определение. Скорее, четвертьнелегальное. Но дело не в слове. А по существу это так. Гражданам, владеющим американским паспортом, можно находится в странах Шенген три месяца. Дальше в некоторых информациях страницах написано «из шести месяцев», в других страницах ничего нет. То есть гадай: три месяца из шести, или три месяца из двенадцати. Так и получилось, что живя безвыездно в Европе уже четыре года, я не знала, сколько же могу здесь находиться по закону. Поскольку все границы сняты, паспорта не проверяют, так  я решила, что можно до конца жизни  здесь болтаться.  Что я и намеревалась делать. Однако ... как говорит народная мудрость: Сколько веревочке ни виться, а концу быть.  Ни я одна в Центральной Европе нахожусь. И другим людям хочется хорошо жить. И у них я оказалась на пути.

 

А вышло что? Наша времяпребывание с Костей во Фрайбурге приблизилось к концу. Он нашел новую работу в Австрии. Там рядышком у меня полдома. Естественно,  мы   все дела во Фрайбурге закругляем, договариваемся о сдаче квартиры ее хозяевам на 25 мая. Вещи увозит компания Зенит, с которой я заранее договариваюсь. Так что пустая квартира остается еще на полтора месяца в нашем распоряжении. Это достаточно удобно, так как у меня дела во Фрайбурге, мне нужно быть 5 и 19 числа в городе обязательно. И как мне представилось, проще просто пробыть здесь две неделе, чем на перекладных дважды в мае делать тур Линдау-Фрайбург. Кот же начинает работать  4 мая, так что он, не слишком довольный ситуацией, будет жить один на нашей половине дома.  Она представляет примерно 75 кв.м жилой площади на втором этаже, плюс на первом и четвертом этажа нам принадлежит половина помещений. Третий этаж занимает второй хозяин – Вернер Кебке.

Узнав, что другая хозяйка, то есть я, приезжает жить на постоянку, Вернер придумал пару трюков, чтобы нас отвадить. Но дело было серьезное, мы собирались не друзей на выходные привезти, и баварцу пришлось осознать, что мы привываем. И это есть. Факт. Хочет он этого или нет. Но немцы так просто не сдаются. Придется дать некоторую предысторию.

Пять лет назад двое недалеких немцев, Кебке и мой муж, немецкий американец Фред, купили на двоих отличный дом в престижном месте, около озера Бодензее. Быстро выяснилось, что Вернер настойчиво захватывает бОльшую часть дома. Легко выходящий из себя Фредди, вместо того, чтобы ограничить товарища, впал в депрессию. Объявив, что он видел в гробу этот дом, мой супруг свалил домой в Джорджию. Я отказалась возвращаться в США и мы легально разошлись. Дом остался мне. Я жила во Фрайбурге, поскольку в деревне Эссератсвалер одной было скучно. Плюс то, что до городка 7 км, и на велике не накатаешься, а на машине я не хочу ездить. Хватает и без меня загрязнителей атмосферы.  Автобус ходит раз в час, только утром и днем. Поэтому я оставила дом свободным на четыре года.  Но ситуация изменилась, Костя , недовольный новой работой во Фрайбурге, быстро нашел отличный вариант в городке под названием Клаус, Форальберг. Места оказались роскошными в плане природы и милых жителей. И мы, не раздумывая о трудностях, переехали в дом около Линдау. Да  только Вернер думал иначе.

Я сразу предложила соседу выплатить честно, все деньги,  потраченные Вернером:  полную стоимость его части. Чудак-сосед, вместо того, чтобы схватить деньги и убежать, пока я не передумала, начал права качать. Рассказал, сколько он вложил в дом за эти четыре года.... При этом не упоминалось, что он  жил в моих апартаметрах, повесил и поставил свою мебель в моих комнатах. Водил сюда своих многочисленных подружек. Я рассердилась на его несговорчивость и недальновидность, и сказала, что передумала выкупать другую половину. В самом лучшем случае дам ему сто тысяч.

- Вот что, Вернер. Я предложила тебе полную сумму... Ты заартачился. Думал, я хочу дом поскорее, дай я из нее вытяну   больше... Теперь только столько даю, сколько ты четыре года назад предложил Фреду за нашу половину...

- Мне этой суммы не хватит... Я хочу дом. Смотри сколько они стоят теперь.

- Они всегда столько стоили. Вести себя надо по-умному. Теперь – поздно.

Вернер затаился.    Я представляю, с какими эмоциями он наблюдал наше вторжение в то, что он полагал полностью своим: роскошный трехэтажный дом. Все, что занималось нашими вещами, подвегалось оговоркам, разборкам и критике.

- Таня, ты не будешь делать свою мастерскую в этой комнате. Так люди не живут. Это комната для глажки белья.

- Именно поэтому ты, Вернер, держишь здесь массу старого хлама? Убери его, и в комнате хватит места для моей печи и твоих гладильных принадлежностей.

- Если ты будешь включать печь, обогреватель или еще какой прибор, требующий много электричества, я буду платить не треть суммы, указанной на счете на электричество. Но не больше, чем я платил, живя здесь один.

- Да на здоровье, Вернер. Думаешь, я с тобой спорить буду?

Что?

Как Фред мог иметь дело с таким экземпляром? Это у него нужно узнать. Теперь мне приходится разбираться. Но Таня оказалась не Фредом. Тот психанул и уехал. А эта – делает то, что ей нужно. Да еще с холодным носом. Видимо так рассуждал Вернер после нашего отъезда 21 апреля. Неделю нас не было, и 30 мая мы подвезли оставшиеся вещи Кости. Ибо он уже теперь стал жителем дома напостоянке. Мы подумывали о том, чтобы обмыть новоселье. Кости привез шампанское.

 Погода позволяла, и я занялась участком, который отчаянно зарос. Привыкла рано подниматься, и не знаю, сколько было времени, когда  вышла на травку, чтобы навести   порядок на нашей половине. Кот не любит рано подниматься. Когда он наконец нарисовался с недовольным лицом, я подозреваю, было около десяти утра. Котяра был сердит, поскольку принимал мою утреннюю раннюю активность как укор своей медлительности в ранние часы.

 Он ушел по моей просьбе сделать нам чай. Через пару минут  подлетел к двери своей спальни, выходящий в сад:

- Тебя заложили! Смывайся!

И мгновенно исчез.

Я бы   пожалуй засмеялась... Или еще как-то сходно среагировала. Это было похоже на розыгрыш. Пару секунд я размышляла, наконец сообразив, что это полиция по наущению Вернера приехала. Мыслишка «больно быстро он меня предал» проскочила, и я через футбольное поле  пошла в соседний лес. Успевала  понаблюдать за поведением моих мышц , напрягшихся от неожиданной ситуации. Интересно менялась  окраска эмоций, параллельно заметила, что мысли были такими:

- Почему убегаю?  Разве я преступник?

- Лучше уйти, ведь это из-за паспорта.

- Но документы в порядке?!

- Нет, не совсем...

Этот ход мыслей плавно протекал через меня, пока я минут десять посидела на скамеечке в лесу. Капал дождик. Я была в почти домашней одежде.

- Что мне теперь здесь, замерзнуть и заболеть? Пойду домой. Будь что будет.

Издали заметила Кота в двери. Он махнул. Мол, иди сюда. Некоторое время взволнованно молчал. Ходил из угла в угол. У    Кота это признак величайшего неспокойствия.

- Они хотят видеть твой паспорт. Сказали, что не Вернер является причиной их приезда. Мол, бургомистр видел нас вдвоем, и решил узнать, кто ты. При этом почему-то  они знают твое полное имя...

- Вот что, Кот. Мне надо отсюда уезжать. Немедленно. Пока двое этих ребят не вернулись. Время моего безграничного пребывания в Европе закончилось. Если полиция возьмет мой паспорт в руки, поставит там штам о пребывании в Германии... За мной будут смотреть в оба глаза, чтобы найти причину для депортации... Грустить не о чем... Мы предполагали, что Вернер это сможет сделать. Да не ожидали, что это будет так быстро....

Ты, Котик, можешь жить в этом доме. С тобой все ОК.

- Разве ты не хочешь жить со мной, Таня?

- Хочу. Но это уже не от меня зависит.... Теперь мне можно быть в доме не более трех месяцев...

- Таня, должно быть решение! А что ты думаешь по поводу фиктивного брака?

Меня удивило слово «фиктивного». Кот меня любит уже четыре года. И очень хочет нашего союза. Для него это отличная возможность заполучить мое согласие на брак.

- Коть, почему ты так сказал?

- Чтобы ты не думала, что я предложил это из-за твоих денег...

- Я и не думала. Мы уже знаем друг друга четыре года...

- Ну ты же иногда намекаешь на... Тебя не поймешь, Мышь....

- Котик, немедленно во Фрайбург. Надеюсь, власти не будут меня искать и не запросят полицию города. Хотя черт их знает... Я связываюсь с Фредом и поинтересуюсь, что он себе думает  о ситуации, которую для меня заварил...

Чтобы было яснее, подскажу. Фред имеет немецкое гражданство, но на все мои просьбы помочь мне получить хотя бы ПМЖ в Германии, отвечал отрицательно. У него были  свои, маловразумительные для меня  причины... А теперь передо мной угроза депортации.

Костик был невероятно взволнован. Он явно не хотел оставаться один в Ахберге. И не только там. У меня была возможность убедиться, что жизнь без меня для него малоинтересна. Вот такой он странный, Котик...

Фред, узнал о событии, вышел из всех возможных берегов, конечно, по телефону. Даже грозился немедленно приехать, чтобы.... Неизвестно как, но помочь мне остаться в Германии и прочее, и прочее... Видно, ему казалось, что прибытие немца-американца ФЛ сделает пребывание Татьяна сразу же легальным. В самом деле теперь его приезда мало что изменил бы. Я не сказала ему ничего в той беседе. Не охлаждала благородного порыва своего умудренного жизнью экс-супруга. Но пообещала связаться через час.

- Котик, иди спать. И не надо волноваться...

- Что же делать, Таня?

- Мне придется уйти в подполье на несколько месяцев. Пока мы не соберем документы для брака. Я найду  информацию о свадьбе в Дании. Говорят, там это быстро и просто. А Фреду скажу, что ему приезжать не стоит. Это только усложнит ситуацию.  Поинтересуюсь у него,  как он воспримет твое предложение о нашем браке. Если честно – это единственная возможность для меня остаться в Европе. Так что – спасибо тебе за желание спасти меня.

Мне стоило усилий уложить Кота. Тут же связалась с Фредом. Он быстро согласился, что со стороны Кости  - это очень верно и благородно - так спасти положение. Да это и в самом деле намного лучше, чем любое другое решение. Так, в течение одного дня, был решен вопрос о моем очередном браке.

Стоит ли удивляться, что ...

А что именно?

Чему удивляться?

И что стоит?

А?
Tags: Любовь и брак
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 16 comments